блоги

Чарльз Фрэнсис Бастейбл «Общественные финансы»

Проект «Делатели»

Ссылки

Архивы

КАЛЕНДАРЬ

Ноябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

ПОИСК

2. Финансы как целенаправленное движение меновой стоимости капитала.


9 Янв 2012

В статье обоснована и сформулирована моя собственная концепция сущности финансов, в соответствии с которой финансы трактуются как целенаправленное движение меновой стоимости капитала в денежном измерении.
Опубликована в журнале «Бизнес Информ» №7, 2010г. С. 48-54.

 

 

Даже поверхностный анализ современной учебной и научной литературы по теории финансов, распространённой в России и Украине, позволяет констатировать тот факт, что на сегодняшний день среди финансовых теоретиков не существует единого мнения по такой фундаментальной проблеме, как понимание сущности финансов. Данный факт можно легко объяснить тем обстоятельством, что и в советской финансовой науке (фундаменте нынешней) единства тоже не существовало. Не смотря на то, что советские финансовые теоретики, на наш взгляд, в понимании сущности финансов продвинулась гораздо дальше своих западных коллег, все фундаментальные теоретические проблемы советского периода остаются актуальными до настоящего времени, поскольку научная дискуссия относительно сущности и функций финансов прекратилась с распадом СССР,

В ходе исследования научных работ по теории советских финансов нами был выявлен ряд противоречий, имеющих место между сторонниками распределительной и воспроизводственной концепций сущности финансов  [1]. Основным противоречием, на наш взгляд, является то, что сторонники распределительной концепции не включают в состав финансов одну из разновидностей денежных отношений ­– товарно-денежные. Соответственно, сторонники воспроизводственной концепции включают в состав финансов все типы денежных отношений, включая отношения эквивалентного обмена. При этом, сторонники обеих концепций единодушно считают, что по сути финансы представляют собой денежные отношения.

В результате проведенных исследований мы пришли к выводу о том, что имеющиеся противоречия могут быть устранены в случае справедливости следующего предположения: трактовки финансов советских времен и, как следствие, их нынешние интерпретации представляют собой ни что иное, как попытки отображения сущности финансов через различные сочетания их (финансов) проявлений. Иначе говоря, мы считаем, что сущность финансов остается нераскрытой и всего лишь проявляет себя в форме распределительных денежных отношений в связи с формированием и использованием целевых денежных фондов. При этом, распределение стоимости и формирование фондов может осуществляться посредством товарно-денежного обмена. Исходя из данного предположения, целью нашего дальнейшего исследования была разработка и теоретическое обоснование ключевых положений новой концепции сущности финансов, которая устраняла бы выявленные противоречия.

Гипотеза, положенная нами в основу новой концепции, была сформулирована следующим образом: сущность финансов представляет собой нечто, проявляющееся в трех формах движения стоимости: 1) распределении стоимости в денежном выражении; 2) товарно-денежном обмене; 3) изменении во времени стоимости финансовых активов и/или пассивов экономического субъекта. Данная гипотеза согласуется с общепринятым среди советских финансовых теоретиков утверждением о том, что финансы являются динамической категорией, производной от стоимости в денежном выражении. Другими словами: «На поверхности финансовых операций видна именно денежная «оболочка», за которой скрывается движение стоимости» [2, С. 17]. Таким образом, «с внешней стороны финансы выступают в качестве явления вторичного порядка, а на первом плане выступают деньги и это, разумеется, затрудняет понимание сущности финансов как экономической категории, их места в системе производственных отношений» [3, С. 21].

Помимо того, что денежные отношения мы считаем всего лишь одним из видимых проявлений финансов, а не их скрытой сущностью, принципиальное отличие нашей концепции от концепций советских времен заключается в том, что под движением стоимости мы подразумеваем не только её перемещение в пространстве между экономическими субъектами или между различными фондами в рамках одного субъекта, но и движение (изменение) стоимости фондов во времени. В свою очередь, под движением стоимости фондов будем подразумевать изменение стоимости денег во времени в результате инфляции и/или девальвации (ревальвации), а также изменение денежной стоимости активов (пассивов) экономического субъекта в результате изменения рыночной конъюнктуры.

Сосредоточимся на двух первых положениях нашей гипотезы, согласно которым сущность финансов в современных экономических условиях проявляет себя в движении, имеющем две формы денежных отношений между экономическими субъектами:

1)    распределение (транзакции Д-Д), когда деньги выполняют функцию средства платежа (налогового, кредитного, бюджетного etc) в процессе формирования и использования фондов;

2)    обмен (транзакции Д-Т), когда деньги выполняют функцию средства обращения в процессе распределения стоимости (в частности ­– посредством товарно-денежного обмена распределяются добавленная стоимость, акцизы и налог на добавленную стоимость, входящие в цену товара).

Таким образом, если допустить, что наша гипотеза верна, то финансы по своей сути должны представлять собой нечто, проявляющееся в двух вышеозначенных формах движения стоимости. Для подтверждения гипотезы необходимо дать ответ на вопрос: при каком условии такие абсолютно разные по форме денежные отношения, как товарно-денежный обмен (транзакции типа Д-Т) и распределение стоимости в денежном выражении (транзакции типа Д-Д’) представляют по своей сути одно и то же?

Ответ на него, по нашему мнению, был сформулирован К. Марксом в четвёртой главе «Капитала» – «Превращение денег в капитал», где выведена всеобщая формула капитала: «… купить, чтобы продать дороже, Д — Т — Д’» [4, С.166]. В данной формуле «товар и деньги функционируют лишь как различные формы существования стоимости» [4, С.164], которая, по словам Маркса, становится «самодвижущейся» стоимостью – капиталом. В процессе так называемого «самодвижения» стоимости первоначальный капитал (Д), воплощаясь в трёх различных формах (ссудный, торговый, производственный), трансформируется в производный денежный капитал (Д’):

Д — Д’;

(1)

Д — Т — Д’;

(2)

Д — Т — П — Т’ — Д’.

(3)

 

В свете изложенного видно, что транзакции типа Д-Д и транзакции типа Т-Д являются различными формами проявления одного и того же динамического процесса – движения капитала. Следовательно, можно сделать предварительный вывод о том, что движение капитала является «родовым» признаком финансов.

Важно заметить, что марксистское определение капитала как «самодвижущейся стоимости», а следовательно, превращение стоимости по словам Маркса «в автоматически действующий субъект» представляется нам антинаучным, поскольку, желая дезавуировать роль капиталиста в процессе движения стоимости, Маркс, как говорится, пустился во все тяжкие, обозвав капитал субъектом, одарив его волей и сознанием. Если говорить точнее, то в целях маскировки роли капиталиста Маркс отождествляет капиталиста и капитал, говоря при этом буквально следующее: «Как сознательный носитель этого движения [стоимости], владелец денег становится капиталистом. <…> возрастание стоимости – есть его субъективная цель <…> он функционирует, как капиталист, т.е. как олицетворенный, одаренный волей и сознанием капитал» (курсив наш – С.З.) [4, С.163-164].

В свете изложенного вполне правомерным представляется утверждение о том, что движение стоимости (объекта) происходит не автоматически, а есть ни что иное, как результат действий капиталиста (субъекта), направляемых его волей и сознанием в процессе достижения намеченной субъективной цели. Под капиталистом мы будем понимать любой экономический субъект (от домохозяйства до государства), стремящийся к повышению уровня своего благосостояния. Субъективной целью в данном случае является приумноженная меновая стоимость – Д’. Советская финансовая наука, избегая слова «капитал» по идеологическим соображениям, говорила о приумножении национального богатства, ВВП и благосостояния граждан СССР. Соответственно, есть основания для уточнения нашего предварительного вывода. Суть уточнения состоит в том, что «родовым» признаком финансов является не просто движение капитала, а целенаправленное движение капитала.

 Принципиально важно заметить, что в широком экономическом смысле капитал имеет, как минимум, два атрибута – качественный и количественный. Под качественным атрибутом капитала будем понимать вещественное содержание материальных и нематериальных активов, задействованных в процессе движения капитала. Соответственно, под количественным атрибутом будем понимать меновую стоимость вышеупомянутых активов, выраженную в денежных единицах, а также деньги – «меновую стоимость, отделенную от самих товаров и существующую наряду с ними как самостоятельный товар» [5, С. 89]. Таким образом, целенаправленное движение капитала в самом широком экономическом смысле подразумевает движение во времени и пространстве обоих атрибутов. Но в процессе движения капитала, как писал К. Маркс, «начало и конец представляют собой одно и то же, а именно деньги, меновую стоимость» [4, С.162]. Процесс движения «обязан поэтому своим содержанием не качественному различию между своими крайними пунктами, – так как оба они деньги, – а лишь количественной разнице» [4, С.161].

Кроме того, можно привести сотни примеров, когда движение меновой стоимости происходит независимо от качественных изменений капитала. В рамках данной статьи мы ограничимся лишь двумя. Приведенные примеры демонстрируют движение стоимости во времени, отраженное в третьем пункте нашей гипотезы.

1. Меновая стоимость недвижимости в центре Москвы неуклонно продолжает расти на протяжении последних двадцати лет не взирая на то, что потребительские качества недвижимости за эти годы могли ухудшиться вследствие физического износа зданий.

2. Во время последнего экономического кризиса денежный размер капитала российских миллиардеров существенно уменьшился. Произошло это, главным образом, за счет ухудшения конъюнктуры на финансовом рынке: с одной стороны – за счет отрицательно направленного движения во времени меновой стоимости акций тех предприятий, которыми они владеют; с другой ­– за счет девальвации рубля – отрицательно направленного движения во времени меновой стоимости рубля по отношению доллару и евро. Сами предприятия, как правило, не претерпели при этом каких-либо физических (качественных) изменений и пространственных перемещений.

Сказанное дает нам основание для утверждения о том, что финансы, будучи экономической категорией, отражают одну из существенных сторон общественного экономического бытия – движение количественного атрибута капитала, а именно – целенаправленное движение его меновой стоимости, выраженной в денежном измерении. В данном случае правомерно, на наш взгляд, говорить о том, что финансы, являясь отражением процесса количественного движения капитала, выполняют информационную функцию[1].

Как показывает практика экономических отношений, воля и сознание капиталиста далеко не всегда позволяют ему достичь намеченной цели. Обусловлено это, на наш взгляд, тем, что воля и сознание одного капиталиста в процессе достижения цели вступает в противоречие с волей и сознанием других капиталистов, что неизбежно приводит к конфликту интересов. А это, в свою очередь, вносит в процесс движения меновой стоимости капитала во времени элемент неопределенности (риск). Таким образом, движение количественного атрибута капитала следует в итоге рассматривать как знакопеременный динамический процесс изменения во времени его меновой стоимости, в ходе которого возможны три сценария:

Д > Д’;

(4)

Д = Д’;

(5)

Д < Д’.

(6)

В первом и втором случаях (формулы 4 и 5), когда производная меновая стоимость капитала в денежном измерении (Д’) меньше или равна первоначальной меновой стоимости капитала (Д), можно говорить о генерации отрицательного или нулевого денежного потока – неэффективном (с точки зрения финансов) экономическом процессе. Соответственно, третий случай (формула 6) отражает цель любого субъекта экономических отношений, стремящегося к повышению своего благосостояния. Для многих людей перманентное движение к данной цели становится смыслом всей жизни.

 Если рассматривать капитал экономического субъекта как разницу между меновой стоимостью его активов и пассивов, то итоговое значение меновой стоимости капитала может иметь отрицательную величину. Подобное явление можно широко наблюдать на примере банкротств физических лиц, предприятий, а также финансовых дефолтов некоторых государств.

Исходя из изложенного, правомерным представляется утверждение о том, что финансы, проявляясь в форме денежных отношений, по своей сути представляют собой целенаправленное движение меновой стоимости капитала в денежном измерении, которое имеет знакопеременный во времени характер. При этом движение меновой стоимости капитала следует понимать в самом широком смысле этого слова: а) как целенаправленное движение меновой стоимости между экономическими субъектами; б) как целевое движение меновой стоимости в рамках одного владельца; в) как изменение во времени меновой стоимости активов и пассивов экономического субъекта. Итоговым результатом всех перечисленных пространственно-временных движений капитала является производная меновая стоимость Д’.

В процессе движения капитала, воплощенного в торговой и производственной формах (формулы 2 и 3), товар с точки зрения финансов следует рассматривать исключительно как меновую стоимость в денежном измерении. Потребительная стоимость товара (или, как говорил о ней А. Маршалл – полезность [8, С. 166-177]), являющаяся в нашей терминологии качественным атрибутом, в контексте финансов не рассматривается[2]. Исходя из этого мы утверждаем что объект, отражением движения которого являются финансы, представляет собой меновую стоимость капитала в денежном измерении. С точки зрения финансов, в процессе движения торгового и промышленного капиталов, товар и деньги как бы отождествляются, поскольку и товар и деньги рассматриваются исключительно как меновая стоимость, которая в процессе своего движения во времени и пространстве воплощается в товарную форму и претерпевает обратный метаморфоз.

Особого рассмотрения заслуживают денежные отношения, в ходе которых происходит движение ссудного капитала (формула 1), поскольку в таких отношениях капитал лишен товарной формы и, как следствие, своего качественного атрибута – потребительной стоимости. Для дополнительного обоснования нашего утверждения о том, что ссудный капитал лишён потребительной стоимости приведем некоторые рассуждения.

Сначала попытаемся сформулировать ответ на следующий вопрос: если деньги выполняют функцию меры (средства измерения) потребительной стоимости, то имеют ли они потребительную стоимость сами по себе? Часы тоже, например, являются средством измерения времени, но вряд ли можно положительно утверждать, что часы и есть само время. Очевидно, что после отмены золотого стандарта, когда современные деньги главным образом стали иметь форму цифровой записи в виртуальной памяти банковского компьютера, утвердительный ответ на поставленный вопрос представляется нам невозможным. С точки зрения потребительной стоимости, современные деньги подобны измерительной линейке, которая давно исчезла, а в нашем воображении осталась только ее длина. Исходя из изложенного, о деньгах, у которых отсутствует даже виртуальная привязка к золотому стандарту, можно говорить, как о чистом сублимате меновой стоимости – идеалистической количественной категории, которая способна не только измерять качество любого товара, но и воплощаться в него, а также – осуществлять обратный метаморфоз. По нашему мнению ссудный капитал представляет собой сублимат меновой стоимости. На этом основании правомерным представляется утверждение о том, что в процессе движения капитала в форме ссудного (Д-Д’) сущность финансов совпадает с формой их проявления[3]. Исходя из данного обстоятельства, ссудный капитал правомерно называть финансовым капиталом, а денежные отношения (транзакции Д-Д’) в процессе движения ссудного капитала – финансовыми. Кроме того, финансовым капиталом правомерно называть не только деньги, но и любые активы, у которых отсутствует качественный атрибут в виде потребительной стоимости. К таковым можно отнести ценные бумаги (акции, облигации, векселя, деривативы). Соответственно, экономические отношения, в которых принимают участие только активы без потребительной стоимости, тоже правомерно называть финансовыми.

В ходе дальнейших рассуждений считаем необходимым: а) отразить значения, в которых следует употреблять понятия «капитал» (К), «финансовые ресурсы» (ФР), «финансовый капитал» (ФК), «денежный капитал» (ДК) в рамках предлагаемой нами концепции; б) определить границы между вышеозначенными понятиями.

Для наглядности наших рассуждений все перечисленные понятия представлены в качестве множеств, изображенных на рисунке в форме кругов Эйлера (рис. 1).

Рис.1  Иерархия финансовых категорий в виде кругов Эйлера

Что касается понятия «капитал», то представляется целесообразным его употребление в том же значении, в котором он использовался А. Смитом: часть запасов (богатства) человека, от которого он ожидает получить доход [7, C.291]. Однако, по справедливому замечанию А. Маршалла, все, кто стремился найти границу между богатством и капиталом «очутились на наклонной плоскости и не достигли стабильного положения, пока не включили все накопленное богатство в понятие капитала» [8, С.740]. Исходя из данного обстоятельства, капитал можно охарактеризовать, как неопределенное[4] множество, которое содержится в богатстве (Б).  При этом капитал меньше или равен богатству, а все элементы капитала отвечают одному критерию: они используются для получения дохода и, как следствие, должны быть оценены по меновой стоимости в денежном измерении. В случае, когда все элементы богатства используются для получения дохода, правомерно говорить о тождественности двух множеств: «богатство» и «капитал».

В рамки предложенной нами концепции идеально инсталлируется понятие «финансовые ресурсы», сформулированное выдающимся советским финансовым теоретиком В.П. Дьяченко: «Финансовые ресурсы – это денежные ресурсы независимо от того, существуют ли они в обособленной денежной форме или являются денежным выражением определенных материальных ресурсов» [9,C. 422]. Финансовыми ресурсами, таким образом, являются не только деньги во всех формах их проявления, но и любые материальные (а также и нематериальные) активы, выраженные в денежном измерении и задействованные в процессе целенаправленного движения капитала. К финансовым ресурсам следует отнести и все виды ценных бумаг. При этом разница между финансовыми ресурсами в денежной форме и финансовыми ресурсами в других формах, с точки зрения финансов, заключается только в степени их ликвидности. Более того, следует заметить, что финансовые ресурсы в рамках денежной формы тоже имеют разную степень ликвидности (М0, М1, М2). Как, впрочем, и финансовые ресурсы в других формах.

В контексте приведенных выше рассуждений множество «финансовые ресурсы» можно охарактеризовать как подмножество капитала. При этом каждый элемент данного подмножества должен отвечать двум критериям:

1) независимо от формы (материальные активы, нематериальные активы, деньги, ценные бумаги и их производные) должен учитываться на балансе экономического субъекта как меновая стоимость в денежном измерении; 

2) должен быть ликвидным и, как следствие, иметь возможность обмениваться на деньги или использоваться в качестве залога по меновой стоимости при получении денежного кредита.

Исходя из двух сформулированных нами критериев, граница между множеством «капитал» и множеством «финансовые ресурсы» является вполне определенной. В том случае, когда все элементы множества «капитал» отвечают обоим критериям, правомерно говорить о тождественности множества «капитал» и множества «финансовые ресурсы». Иначе говоря, весь капитал экономического субъекта может быть использован в роли финансовых ресурсов. Хотя, вероятнее всего, подобный случай может рассматриваться сугубо теоретически, поскольку в структуре капитала практически всегда можно найти такие элементы, ликвидность которых является крайне проблематичной. К подобным элементам можно, например, отнести некоторые виды нематериальных активов.

Все элементы множества «финансовый капитал» должны отвечать следующему критерию: отсутствие потребительной стоимости. Под этот критерий подпадают деньги, ценные бумаги и производные финансовые инструменты. Множество «финансовый капитал» изображено на рисунке как подмножество финансовых ресурсов, поскольку множество «финансовые ресурсы» обширнее за счет наличия ликвидных элементов, имеющих потребительную стоимость. В частном случае, когда весь капитал экономического субъекта состоит из элементов, лишенных потребительной стоимости (денег и ценных бумаг), можно говорить о тождественности трех множеств: «капитал», «финансовые ресурсы», «финансовый капитал». Наиболее ликвидная часть финансового капитала – деньги. Они выделены нами в самостоятельное множество – «денежный капитал».

Отдельное место, на наш взгляд, следует отвести наличной денежной массе, которая выведена из обращения (деньги в форме сокровища или «деньги под матрацем») и неликвидным ценным бумагам (НЦБ). Наличные деньги в форме сокровища (Дс) не используются для получения дохода, но имеют при этом абсолютную ликвидность. Как следствие, их следует рассматривать как отдельное подмножество множества «богатство». Но как только деньги из состояния сокровища возвращаются в сферу обращения, они становятся множеством «денежный капитал». Под неликвидными ценными бумагами будем подразумевать такие бумаги, возобновление ликвидности которых со временем не имеет перспектив. К таким ценным бумагам, например, можно отнести непогашенные облигации некоторых государственных займов СССР. Как следствие, подобные бумаги были вынесены нами за рамки богатства, поскольку их полезность для человека является бесконечно малой величиной[5].

В рамках предложенной концепции сущности финансов есть основания для следующих концептуальных обобщений.

1. Финансы являются динамической категорией, сущность которой заключается в целенаправленном движении меновой стоимости капитала в пространстве и времени. При этом движение меновой стоимости капитала следует понимать: а) как целенаправленное перемещение меновой стоимости (в товарной и денежной формах) между экономическими субъектами; б) как целевое движение меновой стоимости между различными фондами в рамках одного субъекта; в) как знакопеременное количественное изменение во времени меновой стоимости капитала экономического субъекта. Знакопеременность движения меновой стоимости капитала обусловлена конфликтом интересов между субъектами экономических отношений.

2. Финансы отражают одну из существенных сторон общественного бытия – движение меновой стоимости капитала (количественного атрибута капитала), выполняя, при этом, информационную функцию. Трансформация качественного атрибута капитала в контексте финансов не рассматривается.

3. Объектом финансов является количественный атрибут капитала – меновая стоимость в денежном измерении, которая может принимать разнообразные формы: деньги, ценные бумаги, материальные и нематериальные активы.

4. Движение меновой стоимости капитала проявляется в двух формах денежных отношений: обмене и распределении стоимости в денежном измерении. Деньги, выполняя функции средства обращения и средства платежа, являются инструментом, посредством которого эти отношения реализуются.

5. Ликвидный товар (в т.ч. ценные бумаги) и деньги, с точки зрения финансов, являются финансовыми ресурсами – разными формами существования меновой стоимости, которые отличаются между собой степенью ликвидности.

6. Капитал, не имеющий потребительной стоимости, является финансовым капиталом. В межсубъектных отношениях, опосредующих процесс движения финансового капитала, сущность финансов совпадает с формой их проявления. Денежные отношения, в которых задействован только финансовый капитал правомерно считать финансовыми. Соответственно, все денежные отношения между экономическими субъектами можно разделить на две группы:

а) товарно-денежные отношения (Т-Д) – отношения с участием капитала в двух формах: денежной (не имеющей потребительной стоимости) и товарной (имеющей потребительную стоимость).

б) финансовые отношения (Д-Д’) – отношения с участием капитала,  имеющего только количественный атрибут – меновую стоимость в форме денег, ценных бумаг и их производных.

Литература:

1. Захарченков С.П. Обоснование концепции исследования сущности финансов. // Финансы Украины. – 2009. – N 9. – С. 108-114. 2. Родионова В.М. Вопросы сущности и функций советских финансов. – М.: 1987. – 76 с. 3. Гаретовский Н.В. Финансы в системе производственных отношений социалистического общества. // Финансы СССР, 1983, № 11. 4. К. Маркс. Капитал. Критика политической экономии. Т.1. М., Политиздат, 1973. Т.1. – 907с. 5. Маркс К. Экономические рукописи 1857-1861г.г. Ч. 1 – М.: Политиздат, 1980. – 564 с.6.  Захарченков С. Финансы.UA. – 2-е изд., перераб. и доп. – Харьков.: Фактор, 2008. – 256 с. 7. Исследование о природе и причинах богатства народов / А. Смит; [пер. с англ.; предисл. В.С. Афанасьева]. – М.: Эксмо, 2007. – 960 c.  8.  Маршалл А. Основы экономической науки. – М.: Эксмо, 2008. – 832 с. 9. Дьяченко В.П. Товарно-денежные отношения и финансы при социализме. – М.: Наука, 1974. – 488 с.


[1] Более подробное обоснование того, что финансы выполняют информационную функцию, приведено в нашей книге [6, C.30-31]

[2]  Понятия «потребительная стоимость» и «меновая стоимость» здесь и далее по тексту будут употребляться в том значении, в котором они употреблялись А. Смитом [7, С. 87]

[3] Именно это обстоятельство, на наш взгляд, свидетельствует о том, что финансовой теории доминирует распределительная концепция финансов, активным сторонником которой мы являлись до недавнего времени.

[4] Чтобы графически отразить данное обстоятельство, мы отделили множество «капитал» от множества «богатство» пунктирной линией.

[5] Некоторые граждане СССР повышали потребительную стоимость (полезность) государственных облигаций СССР, используя их в качестве туалетной бумаги или настенных обоев.

 



Добавить комментарий